Мальвина Александровна (malvinka_irk) wrote,
Мальвина Александровна
malvinka_irk

Масленица


C 3го марта начинается в этом году Масличная неделя, предшествующая Великому Посту.

Поиск рецептов теста для блинов - старых и новых, русских и украинских, сладких и не очень - уже начался.Споры о том, каким должно быть "правильное" тесто, с дрожжами или без, из какой муки, с водой или с молоком - занятие довольно увлекательное, но по-моему, несколько бессмысленное, ввиду огромного количества авторских рецептур, которые каждая хозяйка создает на собственной кухне "на раз".



Что касается меня - я люблю все, что имеет круглую форму и снимается со сковородки или вынимается из печи: блины, налистники, оладьи, всевозможные лепешки, которые в каждой стране имеют разные названия, но одинаково вкусны.


Что касается приготовления теста - у меня только одна "фишка" в этом отношении : я добавляю в тесто много приправ, сладких или острых, итальянские или прованские сушеные смеси трав, кунжут,смотря какая будет начинка, но всегда куркуму - для оптимистичного золотистого цвета.


Про блинчики с картофельной начинкой по индийскому рецепту я уже писала в посте о Ведической кулинарии. А вот еще..


Венгерские "Палатшинкен" :


вообще-то, считается, что слово "палатшинкен" образовано от латинского слова "плацента", обозначавшего изначально пирог. Использовались палатшинкен иногда действительно для создания пирога, как коржи, для разделения сладкой начинки. Сейчас "Палатшинкен" называют тонкие блинчики, свернутые рулетиком и обильно посыпанные сахарной пудрой.


Хотя, конечно, никто не запрещает построить из этих блинчиков целую гору, с мармеладной, медовой или творожной сердцевиной.


Для теста : 150 г муки, 2 яйца, 1 чайная ложка сахара, щепотка соли, 1\4 л молока, немного воды (расчитано на 2-3 порции).

Перемешать муку, яйца, сахар, соль, молоко и воду и оставить на 1\2 часа. Из теста сформовать 12 круглых коржей и запечь на сковороде.Коржи можно переложить начинкой, в виде пирога, а можно просто выкладывать в тарелку по одному и сверху добавлять фрукты, ягоды, сливки.

Варианты начинки : абрикосовый мармелад или 100 г тертых орехов,смешанных с 30 г сахарной пудры. Или - 80 г растопленного масла и 40 г какао смешать с 30 г сахарной пудры. Или - 120 г протертого через сито творога, 1 желток, цедра лимона на кончике ножа, 30 г сахара, 1 чайная ложка ванильного сахара.

Я так же люблю выложить готовые блинчики с начинкой в жаростойкую посуду, залить сливочно-желтковой смесью (опять же с пряностями) и запекать еще несколько минут, до румяной корочки. А может, это будет горячий лимонно-ванильный крем из тех, что сейчас продаются в виде сухого порошка в супермаркетах - тогда запекать не надо, сразу на стол.




Блинчики с икрой - мои любимые....В тесто обязательно добавляю тмин - ну, мне так больше нравится.


Состав для теста:


молоко - 1 л,

растительное масло - 30 г,

сахар - 1 ст.л,

соль - 1 ч.л,

яйца - 3 шт,

мука - 400 г,

икра красная - 100 г,

сливочное масло - 50 г.


Приготовление


Смешать теплое молоко, взбитые с солью и сахаром яйца, растительное масло, муку. Тесто должно быть похоже на жидкую сметану. Испечь блинчики. Остудить. Сложить гармошкой и завернуть. Получается вид розочки. Блинчики уложить на тарелку по кругу. В середину блинчика выложить икру . В центр натереть хорошо охлажденное сливочное масло. Подавать сразу.

Честно говоря, блинчики с икрой вкусны и без всяких розочек - свернутые в конвертик или рулет, одинаковое обьедение!


С овощной начинкой, вегетарианские :


Блины с суфле, с брокколи и сыром.

Ингредиенты кулинарного рецепта:


8 штук;

- 8 блинов;

- сливочное масло для смазывания;

- 2 ст.л. тертого сыра пармезан;

Начинка:

125 г мелких соцветий брокколи;

- соль и черный перец;

- 45 г сливочного масла;

- 45 г обыкновенной муки;

- 300 мл молока;

- 1/2 ч.л. горчицы дижон;

- 125 г зрелого сыра чеддер, тертого;

- 4 яйца, разделенные.


Блины с суфле, с брокколи и сыром.


Способ приготовления блюда:

1. Приготовьте начинку: бланшируйте соцветия брокколи в кипящей подсоленной воде 1 минуту. Слейте, ополосните под холодной проточной водой и снова слейте.

2. Растопите масло в небольшой катрюле, добавьте муку и готовьте, эпизодически перемешивая, около 1 минуты.

3. Снимите кастрюлю с плиты и постепенно вмешайте молоко. Доведите до кипения, помешивая, пока не загустеет. Снимите с плиты, добавьте горчицу и сыр и приправьте солью и перцем. Перемешайте, затем дайте немного остыть.

4. Вбейте яичные желтки в соус. В большой миске взбейте яичные белки до формирования мягких пиков, затем аккуратно введите в сырный соус с цветками брокколи.

5. Положите блины на два слегка намасленных противня для выпечки. Разделите смесь для суфле на все блины, расположив посередине каждого. Загните края каждого блина неплотно поверх начинки и посыпьте тертым сыром пармезан.

6. Выпекайте в предварительно нагретой духовке при 200 гр 15-20 мин, пока смесь для суфле не поднимется, а блины не станут хрустящими.



Сейчас обычаи и обрядность Масличной Недели усиленно восстанавливаются. Только вот что же мы восстанавливаем? То, что было до революции в России, с ее патриархальными традициями, неотделимыми от христианства, или то, что было до христианства вообще? Мнения разные...Читать далее..


«Как на Масленой неделе...»


Елена Голубева


У нас седня Масленица, прилетела к нам ластовица,

Села ж она на колу, кидает масло по кому,

У кого нету – скулъя тому


На дворе – Сырная седмица, «масленица-объедуха – денег приберуха». Каждый день масленичной недели имеет свое название: понедельник – «встреча», вторник – «заигрыш», среда – «лакомка», четверг – «широкая Масленица», пятница – «тещины вечерки», суббота – «золовкины посиделки», воскресенье – «Прощеное воскресенье» или «проводы».


В досоветской России к масленице готовились тщательно: хозяйки запасались мукой, сметаной яйцами и маслом, дети и подростки укатывали и заливали длинные горки, строили «снежные городки», плотники сколачивали большие качели и карусели и т.д. К масленице приурочивались ярмарки и народные гуляния (в городах на их организацию тратились немалые бюджетные средства), благотворительные балы и т.д. Считалось, что встретить, провести и проводить масленицу надо весело и богато, и тогда весь оставшийся год в доме будет мир и достаток.


Масленица без блинов – не масленица. Блины начинали печь еще с Родительской субботы накануне церковной Недели о Страшном Суде. Первый масленичный блин хозяйка комкала (отсюда пошло выражение «первый блин – комом») и откладывала на карниз слухового окна птицам. (Давным-давно люди верили, что птицы – это души умерших предков, но затем народная фантазия населила птицами райский сад и наделила их функциями посредничества между Царствием Небесным и этим светом.)


Блины гораздо древнее хлеба; они появились еще в те времена, когда любая пища, приготовленная на огне, считалась культовой (свидетельствующей о принадлежности к миру человеческой культуры), в отличие от сырой пищи, употребляемой животными. Первоначально блинное тесто готовилось из забродившей каши, которую разводили водой и, позднее, сырыми яйцами. Блины пекли не только на масленицу, но и на поминки (тризну), на свадьбы, на Рождество и Рождественские святки, на Троицу и Зеленые святки, на все Родительские субботы, на Ивана Купалу. Блинами угощала зятя теща в первый визит молодоженов к родителям невесты; как молодой муж ел первый блин, так и оценивали целомудрие молодой жены.


В России начала XX в. масленица знаменовала не столько встречу весны, сколько окончание зимнего периода свадеб. Предполагается, что специальные дни встреч с родственниками («лакомки» – зять угощает тещу и тестя, «тещины вечерки» – теща угощает зятя и его родителей, «золовкины посиделки» – молодая жена угощает и одаривает сестер мужа) – отголосок древнего обычая умыкать невесту без предварительного сватовства, а уже post factum устанавливать родственные отношения между семьями жениха и невесты. Молодой на масленицу как бы отчитывался перед обществом (миром) о создании новой семьи, щедро угощая и одаривая каждого гостя, особенно, родственников жены, а молодая жена заручалась поддержкой родственников мужа, прежде всего, его незамужних сестер. Повсеместно на масленицу молодым устраивался своеобразный экзамен. К примеру, молодожены, празднично одетые, держа остальные наряды в руках, должны были являться к месту гуляний, демонстрируя достаток новой семьи и заботы своих родителей. Молодых со всевозможными ухищрениями катали на тройках и с горки, заставляли прилюдно целоваться, есть особым образом блины (завязывали руки и давали один блин на двоих), проверяли, смогут ли они найти друг друга в толпе и с завязанными глазами и т.д.



На горе жоров крутился, Иван своей хвалился,

«Моя женочка молодая, Какы клюквинка мохывая,

Земляниченька боровая…»


Во вторник, на «заигрыш», начинались последние перед Великим постом смотрины для девушек-невест, которые выходили к горке, одетые в несколько слоев одежды, чтобы казаться дороднее. В некоторых губерниях девицам и холостым молодым мужчинам, назначалось шуточное наказание за то, что еще не создали семьи: к ногам или рукам привязывали всевозможные предметы, которые снимали только после откупа.


А дорогая-то наша Масленка,

Да что хорошая наша пригожая!

А покатайтесь-ко, красны девушки,

А покуль воля-то, воля батюшкина.

Ой, а другая-то воля матушкина.

Ой, неровен-то да сват навяжется,

И ен не пустит меня гулять на улышку.

Ой, я украдуся, ой да нагуляюся,

А наворуюся, ой да нацелуюся!


На широкую масленицу, начинавшуюся в четверг, когда гуляния приобретали особый размах, родители старались девушек не пускать.


Свиньи болота порыли,

Хлопцы по девкам завыли…


Зато с этой поры к гуляющей молодежи присоединялись взрослые всех возрастов. Считалось, что если хозяйка от души покатается на горке и спуск будет долгим, долгим (длинным) вырастет ее лен, тонкими и прочными выйдут пряжа и полотно.


С четверга по воскресенье блинов готовилось и поедалось столько, сколько влезет и даже больше. В городах ими торговали, буквально, на каждом углу, а в деревнях их просто дарили всем встречным. Открывались ярмарки, при которых устанавливали качели и карусели, выступали исполнители духовных стихов, бродячие певцы и циркачи.


Маслечные гуляния в Москве

Продавцы спиртного за три дня широкой масленицы наживались на весь Великий пост. Известна давняя традиция устраивать на масленицу ряженые шествия, в которых участвовали бессемейные мужики и молодые парни. Обычно рядились в зооморфные образы: надевали тулуп мехом наружу, мазали лицо сажей, привешивали хвосты и гривы из мочала и т.п. Ряженые ходили по домам, требовали угощение и собирали всевозможный горючий хлам «на Масленицу» (для костра, который зажигался вечером Прощеного воскресенья). Там, где хозяева скупились, гостям не возбранялось что-нибудь украсть. Семейные мужики, дети, девицы и женщины обычно в маскарадах участия не принимали, поскольку это развлечение считалось небезопасным для души, да и сами участники ряженого действа должны были соблюдать определенную осторожность. К примеру, они читали защитные заговоры от нечистой силы, в некоторых местах снимали нательный крестик, чтобы не сквернить святыню, после маскарада мылись в бане, а потом шли на исповедь в церковь.


Церковь, по понятным причинам, ряженые действа не благословляла, масленичные буйство и обжорство не приветствовала и вообще посвятила последнюю седмицу перед Великим постом размышлениям о Страшном Суде. В уездах, расположенных вблизи от крупных паломнических центров, вероятно, под влиянием не только пастырей Церкви, но и странствующих богомольцев, маски ряженых ассоциировались уже не с животными тотемами-прародителями, но с нечистой силой. К XX в. ряженые собирали горючее для масленичного костра в уездах, отдаленных от центров Православия. В остальных местах кострище формировали дети и подростки под руководством выбранных от общины взрослых, а желающие примерить на себя звериные образины веселились отдельно.



Но чем разгульнее становилось веселье, тем отчетливее в масленичных песнях звучала тема проводов масленицы и начала поста.


Мы Масленицу прокатили,

И мы сыр с маслом починали,

И наша Масленица была тороплива,

И мы думали, Масленица семь неделек,

А наша Масленица семь денечков.

А мы пойдем к попу споведаться,

А мы про вcи грешки ему расскажем…


После литургии в Прощеное воскресенье было принято с земными поклонами просить прощения не только у живых, но и у усопших родственников. Люди несли на кладбища блины, крошили на могилы хлеб и яйца, оставляли штофики водки: «нищая братия помянет, а птички небесные Боженьке молитвы донесут». Считалось и до сих пор считается, что самые доходчивые молитвы об усопших возносят нищие, дети и птицы.



Завершал праздник большой костер «до неба», в котором часто сжигали чучело масленицы, а также остатки скоромной трапезы. Постом хозяйки говорили детям: «Молочко (маслице, яичко) сгорело, в Ростов улетело». К утру Чистого понедельника в домах уже не должно было оставаться никаких следов масленичного разгула. С утра семейство «смывало масло» в бане, хозяйка отдраивала посуду, в которой готовилась масленичная еда, вечером благочестивые миряне шли в церковь стоять Великий канон, а неблагочестивые – «полоскали зубы» водкой. Проводив масленицу, народ встречал Великий пост.

Трудно удержаться от соблазна увидеть в масленице временный возврат в веселое язычество, своеобразные каникулы перед долгим и суровым постом. Протестанты, со свойственным им категорическим глобализмом, примерно такого мнения и придерживаются. Языческой (антихристианской), по их мнению, была масленица в начале XX в., таковой ее возродили неразумные энтузиасты в наши дни. Основа масленицы, читаем в одной благочестивой статье, это блины, то есть жертва мертвым, а также чествование идола Масленицы, которому, оказывается, некогда «верили и поклонялись». Да и не Масленица это вовсе, а страшная Снегурочка, при ней обретается некий Масленик (все, что осталось от снегуркового жениха–громовика). «В четверг был загул особенно острый. С летальными исходами от слова «летать». Очень часты были случаи переворачивания самодельных качелей и каруселей, и девицы ломали себе шеи». Среди перевернутых качелей и покалеченных девиц шатались ряженные, в том числе и лошади, олицетворяющие Солнце. Особенно тревожит автора то, что народ воспроизводит языческий обряд с чистой совестью, мол, потом отстоим молебен, покаемся, и Господь простит. Но «Бог в такие игры не играет», а вы, братья и сестры, подумайте хорошенько, прежде чем утешаться блинами или (о, ужас!) прокатиться с горки…[1] Хотелось бы узнать, в какие такие игры играет Бог, и как об этом узнал автор статьи?


Но, говоря серьезно, возрожденная в советскую «эпоху застоя» масленица, действительно, имеет много архаикоподобных черт, что и дает сторонним наблюдателям повод называть ее языческой. Во-первых, этот праздник называется «Проводами русской зимы». Поэтому, во-вторых, в нем практически не слышен тот мощный семье- и общинообразующий мотив, который был характерен для масленицы дореволюционной. В-третьих, нивелированы онтологические зависимости между масленичным весельем и семейным благополучием, семейным благополучием (от словосочетания «благо получили», предполагающего в т.ч. нравственный аспект) и совокупным благополучием всей общины. Да и само веселье уже иное. Сомнительно, чтобы современный человек, хорошо усвоивший девиз «Бери от жизни все!», посреди шумного гуляния остановился послушать исполнителя духовных стихов, – пожалуй, единственной откровенно христианской составляющей дореволюционного народного праздника.


Начиная с советских времен, энтузиасты возрождения старых российских традиций забывают о том, что, масленица предшествует Великому посту и без него теряет свой смысл. Те, кто ищет в масленичном веселье доказательства языческой природы народной веры, обычно закрывают глаза на очень важное обстоятельство: в пост русский человек входил добровольно и подготовлено. Чем? Многовековой пастырской заботой Церкви и самой народной культурой, стремившейся по мере своих сил усвоить сложную богословскую премудрость и потому породившей посредника между собой и церковной догматикой – духовные стихи.

На фоне веселых масленичных хлопот исполнение и прослушивание мрачных духовных стихов на поверхностный взгляд кажется нелепым, особенно, если воспринимать масленицу и Великий пост как два совершенно не связанных между собой периода. Однако, будучи динамически развивающейся системой, традиционная народная культура не допускает дискретности своих времени и пространства; в каждой точке «здесь-и-сейчас» она остается самой собой. В этой связи культурные феномены амбивалентны: смеемся с мыслями о смерти (на масленицу), плачем, размышляя о жизни (во время Великого поста). Творчество слепых нищих певцов столетиями воздействовало на сознание слушателей, вырабатывая привычку к духовным «развлечениям» и помогая Церкви убедить людей осознать ответственность за свою жизнь не только перед членами общины или семьи, но, прежде всего, перед самими собой. Подробное и полное отчаяния описание мук отверженных грешников заставляло слушателя обратиться к своей душе. Душа же, по народному представлению, отраженному в духовных стихах, может быть спасена, прежде всего, милостыней; помощь нуждающемуся – лучшая жертва Богу. Народная вера во многом отступает от церковной догматики, но ключевая для христианства заповедь о любви и милосердии к ближнему ею была усвоена очень хорошо.


Собственно, масленица к XX в. практически утратила культовую архаическую основу. Языческая подоплека праздника начала рушится уже тогда, когда христианская великопостная триодь сдвинула «древнюю разгульную масленицу со своего исконного места – 24 марта, в силу чего она утратила свою первоначальную связь с весенней солнечной фазой»[5]. Речь идет о древнем празднике пробуждения медведя из зимней спячки и чествования духов предков – комоедицах, которые еще в XIX в. отмечались жителями белорусского Полесья. Под влиянием церковного календаря языческие комоедицы распались на две части, превратившиеся в масленицу (вершина праздника – Прощеное воскресенье) и зеленые святки, над которыми царят Троицкая Родительская суббота и т.н. «Навская Троица» или «Троица мертвых» (четверг первой неделе по Пятидесятнице). Встреча народной культуры с культурой церковной дала начало т.н. двоеверию, которое, на самом деле, является процессом семантического сближения двух первоначально различных смысловых универсумов: христианства и славянского язычества. Воздействуя друг на друга в общем знаковом поле единого российского пространства, церковная книжность и стихийная народная вера породили то, что называют национальными особенностями русского Православия.


В СССР народные и церковные праздники разделили судьбу патриархальной семьи и Церкви. Под закат советской идеологии партия и правительство все же обратились к дореволюционным традициям. Однако они не смогли или не захотели соотнести, якобы, возрождаемые обычаи милой старины с потребностями быта и духовности людей.


Истоки обновленного праздника следует искать не в живой истории, а в умах кабинетных работников, и теперь «Проводы русской зимы» многие всерьез воспринимают как обряд, во-первых, исконно народный, а во-вторых, языческий, чудом выживший в условиях «свирепых» христианских гонений. Итак, мы провожаем (сжигаем) зиму, встречаем весну, т.е. радуемся солнышку. Значит, зима у нас и есть Масленица, а весной (т.е. Солнцем)… пусть будет ряженая лошадь (кто-то или что-то ведь должно его символизировать?). Все логично. Примерно так и были написаны пресловутые «Русские веды».


Однако, если обратиться к, собственно, язычеству, лошадь у славян не символизировала Солнце (источник тепла, света и жизни). В ритуалах древнеарийских племен это животное значило гораздо больше: оно репрезентировало всю Вселенную. Почитание коней в этом качестве сохранялось у тех народов индо-арийской группы, которые вели преимущественно кочевой образ жизни или их благосостояние сильно зависело от военных успехов (например, народы Скандинавии в эпоху викингов). У славян-земледельцев еще в языческую пору культ лошади стал архаическим, вымирающим, и, в конце концов, вошел в комплекс ритуалов, связанных со смертью (тем светом, хаосом, источником неуправляемой и поэтому страшной силы).


Конь также играл определенную роль в культе Ярилы (Яровита), которого зачастую ошибочно считают персонификацией дневного светила. На самом деле, Ярила был языческим божеством плодородия и сексуальной мощи, гуляния в его честь приурочивались не к Масленице, а ко дню летнего солнцестояния, совпадающего с церковным празднованием рождества Предтечи и Крестителя Господня Иоанна, или (под влиянием церковного календаря) к заговению на Петров пост. В силу зависимости благосостояния земледельцев от плодородия земли и здоровья семьи культ Ярилы оказался живучим. К примеру, в Воронеже массовые ярильские игрища прекратились лишь в 1765 г. благодаря усилиям святителя Тихона Задонского.


Следующая ошибка – отождествление Масленицы (так называют сжигаемое вечером Прощеного воскресенья чучело) с персонификацией зимы. Существо, воплощающее смерть и (у западных славян) зиму, называлось Мореной (Маржаной); в XV в. польский хронист Длугош сравнивает ее с римской Церерой. Чучело Морены сжигали ради повышения плодородия земли, но не на масленицу, а на Ивана Купалу. Однако историк Б.А. Рыбаков считает, что словами «морена» и «купала» называли кукол, которых изготавливали ради того, чтобы вскоре уничтожить, а сами обряды уничтожения должны были просто знаменовать смену сезонов года, соответственно, смену видов основной деятельности и меню. «Чучело зимы, сжигаемое на масленицу, носило название этого праздника, а сам праздник получил свое имя от того, что в неделю накануне Великого поста Церковь разрешала есть молочную пищу, в том числе масло. Никакого языческого смысла в названии соломенной куклы Масленицей, как видим, нет. Если бы какой-нибудь не очень внимательный путешественник описал праздник русской масленицы, то он мог бы сказать, что у русских есть богиня Масленица, в честь которой пекут изображения солнца (блины), а идола которой по миновании праздника сжигают.»[6]


Если масленичный костер, обычно возжигаемый вечером Прощеного воскресенья, просто знаменует начало весны и Великого поста, то зачем же трудиться над изготовлением чучела? Дело в том, что в древних ритуальных общественных кострах сжигали, как правило, всевозможный антисанитарный и пожароопасный мусор, отгоняя, таким образом, нечисть, грозившую людям, домашним животным и растениям болезнями и внезапными пожарами. Предполагается, что сжигаемое чучело символизировало многочисленные беды, готовые обрушиться на головы нечистоплотных. Появление традиции жечь большие костры с санитарными целями датируется археологами рубежом II и I тысячелетий до н.э. Обычай сельских поселений также был усвоен городами. В наши дни общественные костры из накопившегося за зимний сезон мусора жгут в России, на Украине, в Белоруссии, в Сербии, Черногории, Словении, в Италии, Австрии, Испании и др.


В отличие от России, в европейских странах масленица развивалась именно как пост-языческий феномен, о чем свидетельствует вышедший в средние века на первые позиции и превратившийся в карнавал обычай рядиться в зооморфные образы. В огне средневекового масленичного костра сгорало обмазанное кровью и нечистотами чучело, которое называлось Зимой, Смертью или Чумой и которому предварительно оказывались большие почести. В погребальный масленичный костер летели не только старые соломенные подстилки, смоляные бочки и т.д., но также одежда и постельные принадлежности больных. Кстати, люди были убеждены в том, что успех мероприятию обеспечивает участие всех жителей поселения, включая клириков, которые, в соответствии с духом средневекового карнавала, должны были вести себя «наоборот» общепринятым правилам поведения духовных лиц. В обычных (не запятнавших себя ересью) католических храмах или около них проходили т.н. «дурацкие» мессы и всешутейшие соборы, пиры и вакханалии.


Европейский общегородской карнавал с его правилами «жить по естеству» и «вести себя наоборот» безуспешно попытался пересадить на русскую почву Петр I, но рассада не прижилась. В православной России не было и подобия европейских увеселений, во всяком случае, русские не обмазывали друг друга грязью и нечистотами как европейцы, гуляющие на «сажную» пятницу. Миновали нас также «похотливый» (в России – Чистый) понедельник с «безумной» масленицей (в России – Чистый вторник).


Однако сравнение русской масленицы с карнавалом и, опосредованно, с языческим ритуалом (в частности, с римскими календами или с эллинскими комедиями), становится все более популярным: одна статья держится за другую, другая – за третью и т.д. В результате, в некоей виртуальной реальности, действительно, существует карнавальная богиня Масленица, идол которой сжигают, а чествуют ее блинами. Но язычество и порожденное им двоеверие не виртуальны, а прагматичны, «от мира сего». В этом «сем мире» зиму побеждает центральное отопление, человек уже не ждет с напряжением наступления лета, ведь хлеб и овощи в городских магазинах продаются круглый год, а самолеты в Египет летают регулярно (кстати, в сельской местности, как правило, зиму и не провожают: некогда). Зачем, спрашивается, играть «в старину», если живая народная культура уже давно от нее отказалась? История человечества знает массу неудачных примеров искусственного оживления умерших верований (хотя бы псевдоязычество германского нацизма) и ни одного удачного. «Прошлые мифы не возвращаются в неизменном виде… уже потому, что мы никак не можем проникать в мир, которому наш опыт… чужд»[7].


Примечания:


[1] Подробности масленичного триллера см. по адресу: http://www.ekklesiast.ru/arhiv/2001/02_2001/12.htm или http://www.invictory.org/lib/2004/04/maslenitsa.html (это два практически идентичных материала; первый написан в 2001 году Еленой Чуйко, второй – переписан с незначительными изменениями в 2004 году пастором церкви «Утренняя Звезда» Константином Шаповаловым.)


[2] Г.Федотов. Стихи духовные. М., 1991. С.105


[3] Там же, с. 107


[4] Там же, с. 115


[5] Б.А.Рыбаков. Язычество древних славян. М., 1994. С. 376


[6] Там же, С. 377


[7] К. Хюбнер. Истина мифа. М. 1995. С. 383

Это цитата этого сообщения
Tags: блины/оладьи, еда, праздники, рецепт
Subscribe

  • «Скрипка и немножко нервно» в Тильзит-Театре

    — Пойдем с нами в театр в субботу — А что там? Кто ставит? — «Скрипка и немножко нервно», Вячеслав Виттих, тот, который ставил «Мамулю» — Ой, нет...…

  • бабский детективчик

    Посмотрели абсолютно бабский детективный сериальчик с Николаем Добрыниным в главной роли. «Шериф», 2010 Сериал настолько дешевый и глупый, что…

  • субботнее супергеройское кино

    Майор Гром: Чумной Доктор Забавно, всё по фильму имеем отсылку к реальному человеку, персонажу, событию или давно известному герою. Создатель…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 5 comments