Вопрос 199 = День 267: о прочитанной книге

Вопрос 199: Последняя прочитанная книга. Почему Вы её прочли?

Имя Николая Семеновича Лескова мне было не известно до настоящего лета. Ибо в нашем естественно-математическом классе часов русского и литературы было меньше, чем, по так называемому, стандарту. И Лесков в наши планы не входил. Летом дочери надо было прочитать «Леди Макбет Мценского уезда». С помощью коллеги нашла книгу. Ребенок прочитала положенный по учебному плану рассказ и дальше читать не стала. Но реакция на этот рассказ была очень не спокойная. Мне было жалко детскую психику. Как так могут поступать люди. Я тогда спросила: «Как?». Она ответила очень размывчато о том, что девушка вышла замуж за старого хрыча, сама с прислугой крутила, потом старого грибами накормила, он и каюкнулся, потом племянника этого хрыча удушила, все с тем же слугой... а потом в тюрьме ее любимый и кинул, и чулки ее теплые другой бабенке отдал... а потом все они умерли.

Именно поэтому у меня появилось желание у самой прочитать этот рассказ, потому книжку я коллеге так и не отдала. Перед тем как перейти к описанию, я все-таки хочу поставить все точки на i. Я не умею читать! Время за чтением реально тратится впустую. В это время я ничем заниматься другим не могу. Ничем. А соответственно время за чтением - это убитое время. Тупо потратить его можно лишь перед сном - и то на минут 10-15. Не больше. Во-первых, из-за плохого освещения, во-вторых, потому что отправившись в постель я желаю спать. Потому чтение моей длилось долго. Очень долго.
Да, кто-то может читать в метро или в транспорте. Я не могу. Во-первых, потому что на работу и в магазин хожу пешком. Во-вторых, даже если куда-то и еду, то мой мозжечок приводит все мое нутро в замешательство. Оттого я не могу сосредоточиться на одной точке. Нутро выворачивается. В-третьих, на работе мне читать некогда.

Но я все-таки дочитала эту книгу. Сначала прочитала очерк о Леди Макбет, оценив ироничность бытия и очень красочно-описанную женскую продажную натуру. Зацепила меня стройность языка. Старорусский, перемешанный с православным. И подумалось мне, как же жаль, что мы утратили такую львиную долю языка. Как много эпитетов и оборотов. Но подумалось мне, что этот рассказ не по детским душам. Хотя вероятно дети разные бывают, вероятно как воспитательный момент эта повесть хорошо. Мол, детки не делайте так, иначе вам придет кирдык.

Решила прочитать остальные. Вообще в книге пять очерков-рассказов.

Второй рассказ «Воительница» меня покорил описанием женского характера главной героини. По началу-то можно было подумать, что героинь там две. Но вторая была лишь инструментом в руках первой. Главной. Домна Платоновна оказалось реальной воительницей по жизни. Боролась, боролась... да и напоролась. Ну говорят, что любовь - страшная сила, вот и тут страшнее нет, чем от любви смерть принявши. Но слезу пробило.

Третьим рассказом шел «Запечатленный ангел». Столько святости я, мне кажется, ни где ни читала и не видела. Подумалось мне, что по этому рассказу получится прекрасный фильм, мини-сериал. Не слабее «Острова» с Петром Мамоновым. Очень интересный и поучительный рассказ об иконописи и инакомыслии. А главы, в которых Левонтий преставился, или, где Марой узревает ангелов несущих Луку над неугомонными льдинами, - очень истинно передали апокалипсис и усмирение. Снять это, наверняка, будет труднее, чем описать. Но стоит признать, что современного русского языка не хватит, чтобы эту красочность и мирскую живость передать. Иссякся наш родной русский. Изуродовался новыми словами. Модернизировался опустел. А вот тут слов столько, что...

Дошла я до четвертой повести. «Очарованный странник». И вот тут меня поперло. Читаю, не могу остановиться. Хоть и жестоко порой описание, где на одной странице ты видишь Ивана-Голована прям душка-душкой, птичек жалеет, о степи чуть-ли не плачет, о конях песни слагает, о лесе задушевно глаголет, и тут же узреваешь в нем изверга, что бедную кошку высек, а потом еще и хвост ей рубанул. Или коня забил, что тот весь и издохся... или татарина высек до смерти.

Зато сколько новых слов узнаешь: стратопедарх — сущ. (στρατοπεδάρχης) военачальник …   Словарь церковнославянского языка
Рясофор — (греч. ρασοφόρος  носящий рясу), инок, «рясофорный монах», «рясофорный послушник»  монах низшей степени пострига (т. н. «пострижение в рясофор»),

Можно порой голову сломать, читая небольшой отрывок

-- Почитать-то почитают, -- отозвался на это купец, -- но только из рясофора-то еще можно и в солдаты лоб забрить.

   Богатырь-черноризец нимало этим замечанием не обиделся, а только пораздумал немножко и отвечал:

   -- Да, можно, и, говорят, бывали такие случаи; но только я уже стар: пятьдесят третий год живу, да и мне военная служба не в диковину.

   -- Разве вы служили в военной службе?

   -- Служил-с.

   -- Что же, ты из ундеров, что ли? -- снова спросил его купец.

   -- Нет, не из ундеров.

   -- Так кто же: солдат, или вахтер, или помазок -- чей возок?

   -- Нет, не угадали; но только я настоящий военный, при полковых делах был почти с самого детства.

   -- Значит, кантонист? -- сердясь, добивался купец.

   -- Опять же нет.

   -- Так прах же тебя разберет, кто же ты такой?

   -- Я конэсер.

   -- Что-о-о тако-о-е?

И чуть ниже следом довольно красочная картина вырисовывается... строчки две - а в картине получилось бы минуты на три-пять, а может и того больше

-- Я... я очень просто, потому что я к этому от природы своей особенное дарование получил. Я как вскочу, сейчас, бывало, не дам лошади опомниться, левою рукою ее со всей силы за ухо да в сторону, а правою кулаком между ушей по башке, да зубами страшно на нее заскриплю, так у нее у иной даже инда мозг изо лба в ноздрях вместе с кровью покажется, -- она и усмиреет.

В общем из всех пяти рассказов-повестей-очерков этот на меня произвел самое большое впечатление.

Ну и последний «Однодум». Вот тут я готова была целыми главами цитировать, поскольку нет мне кажется таких праведных чиновников. Хоть и описан он довольно красочно, вряд ли сподобишься такое выдумать. Как сяк был "такой-некий-этакой", который и службу исправно правил и взяток не брал, и высших чиновников до пола "нагибал".