Ты, прости, Сестра Моя...

переживаю за нормальный люд в Киеве. За тех, кто боится. Это старики, которые не могут ничего ввиду старости. Это женщины, которые боятся за своих детей. Это тот нищеброд, который не может собрать вещи и уехать... Это те, кто не может сказать "Нет", просто потому что запуган до смерти. Это те, кто станет той пролитой кровью, которую никогда не смоешь... никогда. Никогда не простишь себе за их смерть. Никогда не сможешь смириться с их гибелью.

Я плачу, когда слушаю эту песню. Я плакала, когда отдыхала летом в Абхазии и смотрела на безногих военных или морщинистые лица и уставшие глаза стариков... И я буду плакать, когда бедный старик умрет потому-что в аптеке нет лекарств, или из-за того, что это лекарство стоит столько, сколько у него нет, потому что ему не доставили пенсию... ибо денег в казне на пенсии нет. Буду плакать за детей, которые не получили образование и узнали, что такое война. За матерей-женщин, которые не смогли убедить своих детей о существовании в мирном существовании.